Казахстан погружается в пучину забастовок и социально-протестных митингов, что вызвало у многих ощущение дежавю, связанное с опасением повторения январских событий прошлого года. И в авангарде, как и многие годы до этого, вновь оказались нефтяники западных регионов Казахстана и в особенности Мангистауской области.
Информационная волна от этого напрочь перекрыла и затмила собой даже сообщения о «сепаратистах» из Северного Казахстана, раздуваемые местными СМИ и казахскими националистами. И поводом для широкомасштабных акций протеста и массовых стачек послужил жёсткий арест 11 апреля отрядом СОБРа 126-ти делегатов рабочих компании «БерАли Мангистау Company», которые приехали в Астану и устроили сидячую акцию протеста возле здания Минэнерго.
В действительности нынешнее противостояние началось еще в начале апреля, когда в городе Жанаозене несколько сот нефтяников данной подрядной организации инициировали аналогичную акцию у офиса «Озенмунайгаза», дочерней компании национального оператора и квазигосудасрвтенной корпорации «КазМунайГаз». Дело в том, что ТОО «БерАли Мангистау Company» проиграла на тендере из-за демпинга другой частной компании ТОО «Кезби», а весь коллектив в итоге оказался на улице.
И в данной ситуации уволенные рабочие сразу же потребовали трудоустройства их именно в государственное предприятие «Озенмунайгаз», а не перекидывать их в другое частное ТОО, которое также через год или два потеряет объемы работ из-за проигранного тендера. Это демонстрирует общую усталость и недовольство нефтяников созданной системой, которые выразили на самом деле единое и старое требование десятков тысяч рабочих многочисленных сервисных компаний, потерявших в зарплатах и социальном пакете из-за проведенной политики оптимизации производства.
Подобную негативную тенденцию подтверждает в своём запросе на имя премьера и депутат Мажилиса Едиль Жанбыршин, говоря об объективных причинах массового недовольства, накопившегося в Мангистауском регионе.
— В Жанаозене, поселке Жетыбай Мунайлинского района, где безработица возросла, открыли цеха, трудоустроив туда местных женщин, начали шить спецодежду для нефтяных компаний. Но это ТОО полностью зависит от тендера. Если компания не получит контракт из-за недобросовестного тендера или занижения цены из-за демпинга, 90 процентов работников останутся на улице. Можно привести множество таких примеров, — заявил Жанбыршин.
Сама же борьба трудовых коллективов Мангистауской области с менеджерами «КазМунайГаза», среди которых было много наёмных граждан стран Запада, началось еще в далёком 2008-м году, когда буровики выступили за пересмотр итогов приватизации их стратегического предприятия «Бургылау» Разведки Добычи, являющегося микромонополистом в отрасли. Весной прошлого года они же снова бастовали несколько месяцев с требованием к Минэнерго национализировать их ТОО, а еще с 2021-го лозунг перехода всех сервисных компаний обратно в состав государственной корпорации стал главным во время всех стачек нефтяников.
Теперь же это просто снова вылезло наружу, хотя еще с начала января с такой же повесткой бастовали рабочие других предприятий в городе Жетыбае того же региона. Поэтому, когда просидев неделю в Жанаозене и оставшись неуслышанными, уволенные рабочие поехали в столицу добиваться правды, они тем самым априори представляли интересы всех безработных и сотрудников большого количества частных контор, наплодившихся в результате осуществления неолиберальной концепции дробления и разгосударствления.
Поэтому и последовала такая резкая реакция на арест ходоков «БерАли Мангистау Company», когда сразу же вечером 11 апреля на митинг перед акиматом в Жанаозене вышли безработные жители, а забастовку объявили десятки коллективов сервисных компаний, например, те же буровики ТОО «Бургылау», ТОО «БЖБ», ТОО «Мунайспецснаб», и что интересно рабочие компании ТОО «Кезби», выигравшей тендер.
Это, кстати, абсолютно не вяжется с версией, которую сейчас выдвигают разные политологи, о том, что за протестами стоят якобы сами работодатели. Ведь получается они же еще и стали сторонниками тотальной национализации?
И главной причиной срыва переговоров с топ-менеджерами «КазМунайГаза» и чиновниками Минэнерго стало то, что рабочие «БерАли Мангистау Company» откатались переходить в другое частное ТОО и настаивали на трудоустройстве именно в государственной корпорации. Этого и не могли себе позволить столичные бонзы, так как, по их мнению, подобное привело бы к цепной реакции и к аналогичным призывам со стороны других коллективов.
Забастовали, кстати, в знак солидарности и с требованием выпустить арестованных рабочие и основного производства. Так, остановили работу нефтяники государственной компании «Озенмунайгаз», куда хотят устроиться уволенные, сотрудники нефтепромысла «Каракудыкмунай», «Северные Бузачи». С заявлениями поддержки выступили коллективы компаний «Мангистаумунайгаз» и «Каражанбасмунайгаз». На протесты вышли также безработные Жетыбая, Жигылды и Актау.
Уже в ночь с 11 на 12 апреля митинг в Жанаозене разросся и в нём приняли участие уже несколько тысяч человек, которые перекрыли к тому же еще и все центральные улицы города. В свою очередь бастовавшие вахтовые смены собирались в основном на центральном автовокзале, некоторые из которых находятся там и сейчас. Вышли на митинг ночью и жители областного центра города Актау. Отдельные акции протеста наблюдались и в соседних регионах – Западно-Казахстанской, Актюбинской и Атырауской.
Данные протесты продемонстрировали воочию важное явление – забастовки солидарности. Они были и раньше, но сейчас ярко показали сплочённость рабочих разных коллективов вне зависимости от формы собственности, а также поддержку местного населения, и в особенности огромной армии безработных. Фактически мы видим появление мощной силы на западе РК, способной оказывать влияние на умонастроения многих казахстанцев, недовольных социально-экономическим курсом, что превращается уже в самостоятельный политический фактор.
Подобные мощные выступления ввели местные власти в настоящий ступор, которые отключили сначала интернет и сотовую связь, а затем их снова включили и перед протестующими в социальных сетях выступили акимы Жанаозена и Мангитсауской области. Правда это уже мало на что-то повлияло и никого не остановило. Практически данные события стали точной калькой того как начинались январские митинги прошлого года.
И фоном нынешних выступлений, как и в январе 2022-го, усиливших недовольство граждан, стало повышение на 20% цен на ГСМ, которое правительство объяснило дефицитом топлива из-за его оттока в соседнюю Россию и республики Центральной Азии, хотя еще с 20 января был введен запрет на его вывоз из страны. Недоверие подогрело еще и то обстоятельство, что это было не повышение государственного акциза для пополнения оскудевшего бюджета, а стремление увеличить прибыли частных компаний.
В итоге в желании сбить накал недовольства, в МВД ночью 12 апреля заявили, что все 126 задержанных в Астане нефтяников были отпущены, что было, кстати, сразу же опровергнуто их же родственниками. И митинги в итоге продолжились всю ночь.
Да и сам тон и, как и требования митингующих стали расширяться, так как на акциях в Жанаозене и Актау заговорили уже о необходимости трудоустройства всех безработных без исключения, национализации всех сервисных компаний, с включением их коллективов в «КазМунайГаз». Были слышны речи и о том, что земля оказалась в руках латифундистов, а простые граждане остались ни с чем. Постепенно выступления стали на глазах политизироваться.
И хотя митинги уже днём 12 апреля стихли, некоторые забастовки продолжились. Поэтому получив такие масштабные протесты, в Акорде (администрации президента) поспешили побыстрее и без возбуждения уголовных дел отправить всех задержанных ходоков обратно в Жанаозен. Но этим проблема вовсе не была разрешена, так как делегация еще в поезде заявила, что вернётся обратно в столицу, если их требования останутся невыполненными.
И приехав в родной город, нефтяники «БерАли Мангистау Company» вновь собрались уже 14 апреля возле у офиса «Озенмунайгаза», продолжив сидячую акцию, создав таким образом новый очаг протестных действий и центр консолидации всех безработных. Поэтому в любой момент массовые выступления и крупные забастовки могут повториться с еще большей силой и перекинуться на соседние регионы, например, на Атыраускую область, где на месторождении Тенгиз также идут постоянно трудовые конфликты против действий менеджеров американской компании Chevron.
В итоге страна оказалась на пороге очередного социального взрыва и политического кризиса, так как показательный жесткий арест делегации нефтяников из Жанаозена, а затем поспешное освобождение всех показали слабость центральной власти и главного суперарбитра. Ведь изначально президент Касым-Жомарт Токаев хотел этим продемонстрировать свою твёрдость и желание поставить точку в данных трудовых спорах именно репрессивными методами, но тут же поспешно отступил.
Не оказалось между властью и трудовыми коллективами и буфера в лице профсоюзов, так как независимые объединения были все разгромлены и запрещены за последнее десятилетие, а жёлтых профбоссов попросту бы избили, появись они на митингах или среди бастовавших.
Проблема Мангистауского региона усугубляется еще и тем, что основные месторождения там угасающие и в ближайшие 10 лет — это будет уже зона сплошной безработицы, а так как советская перерабатывающая промышленность, как и колхозы с совхозами, уничтожены, и новые отрасли и предприятия не созданы, то и такие конфликты будут только воспроизводиться.
Усугубит положение и план тотальной приватизации, разработанный Советом по реформам при президенте, возглавляемый бывшим главой Европейского банка реконструкции и развития и британским финансистом Сумой Чакрабарти. В результате тот же «КазМунайГаз» как и «Озенмунайгаз» попросту попадут в частные руки и требование отмены результатов оптимизации и приватизации вспомогательных предприятий потеряет всякий смысл.
В этом и заключается главное противоречие, когда снизу массы требуют национализации и социализации производства, пересмотра контрактов по недропользованию и соглашений о разделе продукции с иностранцами, а в правительстве думают о полном разгосударствлении добывающей промышленности в интересах американских, британских и европейских корпораций.
