Пока в России только появляется “Омикрон”, западные эксперты уже вовсю оценивают старания разных государств по восстановлению экономики после пандемии и кризиса Covid-19. Согласно исследованию “Блумберг”, хуже всего справляется с этим Россия – и всё из-за нехватки рабочей силы: во время локдауна из страны выслали миллионы рабочих-мигрантов еще в прошлом году. Сообщается, что Россия занимала четвертое место по количеству мигрантов в 2019 году, согласно статистическим данным, собранным Организацией объединенных наций. Естественно, что после того, как мигрантская волна схлынула, проблема встала во весь рост, и проблема эта прежде всего демографическая. Почему же у нас не хватает своих кадров и без мигрантов мы “как без рук”? В стране, где некому работать, скоро будет некому и жить?
Критическую ситуацию уже признали на официальном уровне, вот и глава Центрального банка России Эльвира Набиуллина заявила, что для заполнения новых рабочих мест необходим либо приток трудовых мигрантов, либо перераспределение существующей рабочей силы между регионами, отраслями и предприятиями. Мигранты у нас в основном прибывают из Средней Азии, но уже и оттуда ехать к нам не особо стремятся. Генеральный директор Ros Agro Plc Максим Басов сообщает, что в некоторых регионах их компания, одна из крупнейших в сфере сельхозпроизводства, не может нанять достаточное количество работников.
Но это еще цветочки, по прогнозу, который уже начал сбываться, у нас есть еще и структурная проблема – сокращение собственных работников в основном в трудоспособном возрасте – до 40 лет, по данным исследования, к 2030 году доля этой категории сократится на 25%.
Когда Сергей Шойгу говорил про новые города в Сибири, у критиков амбициозной идеи прежде всего возникал вопрос – а кто там будет жить в будущем? Но есть и более насущная проблема, опускающая с небес на землю – а кто будет эти города строить уже сегодня? Получается, что даже строить некому. Неудивительно, что после выборов тема быстро сошла на нет.
Работодатели ищут выход и приходят к тому, что надо нанимать студентов (возвращаемся к практике СССР?), также в России вновь начинают использовать труд заключенных, а также солдат. Но трудовой мобилизацией проблемы не решишь, это фиговый листок, ведь и студентов у нас немного, учатся большинство на платном и ни на какую “картошку” их не загонишь, не тот социальный строй, извините. Как отмечает публицист Павел Пряников: то же самое с зэками, это неквалифицированные работники, да и ресурс арестантов ограничен. Проблема-то как раз с демографией – страна вымирает по всем направлениям.
“На страну наложились несколько плохих демографических факторов. Первый и главный – это эхо 1990-2003 годов с сильным сокращением рождаемости. В жизнь сейчас выходит немногочисленное поколение того времени. Второй – эмиграция квалифицированных кадров. Третий – сверхсмертность 2020-21. В декабре избыточная смертность достигнет 1 млн человек за время пандемии, и сотни тысяч из них были трудоспособные люди. И эти три фактора никуда не денутся все 2020-е”, – пишет Павел Пряников.
Самое печальное, что наши власти, хорошо информированные о демографической катастрофе, пытаются решать проблему за счет мигрантов из Средней Азии. Но в вопросе восстановления экономики важно не просто “поголовье” рабсилы, а квалификация кадров. Тут стоит вспомнить о нашей главной головной боли – “утечке мозгов”. Искусственный интеллект, при всех надеждах правящего класса на цифровизацию, занять места квалифицированных работников не может, для создания технологий нужны инвестиции в автоматизацию, роботизацию, пишет Павел Пряников, а на это понадобится время, силы и желание сверху, чего, видимо, нет?
Да и живая рабочая сила, которая все же остается в России, все равно расходуется неэффективно. Об этом мало кто говорит, но, например, численность занятых в ЧОПах и прочих охранных структурах, по некоторым данным, уже превышает 5 млн трудоспособных мужчин (15-20% всех мужчин). А тенденция пост-ковидной реальности такова, что те самые трудоспособные мужчины, даже обремененные высшим образованием и смекалкой для бизнеса, идут работать теперь… в курьеры.
Выбор молодых и перспективных недавно на заседании Совета ТПП по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России объяснял президент компании Zenden Group Андрей Павлов, он приходит к выводу, что всему виной “рваная система налогообложения”.
“Если есть люди, у кого 0% социальных налогов, то туда и уходят наши кадровые ресурсы. Они уходят в грузчики, в доставщики пиццы, доставщики в интернет-магазинах. Они не хотят идти к станку, какой станок, зачем?” – объясняет он, напоминая, что производственные сектора задавлены налогами.
При этом рынок есть, потребность во многих товарах ежедневного пользования огромная, но вместо своего поставщика мы обогащаем импортного. Объемы импорта России составляют порядка 22 трлн руб., из них 11 трлн приходятся на самые обычные товары, подсчитал недавно доктор технических наук Булат Нигматулин.
“Все эти понятия: глобальное экономическое превосходство – просто для меня это так далеко от жизни. 11 трлн под ногами – возьмите. Одежда, продовольствие, фармацевтика отчасти своя, строительные материалы, вторичная, третичная переработка простая. Мы 11 трлн тратим своих денег на импорт. И 2 млн мужиков, которые в охране сидят, могли бы заниматься этим”, – говорил он на том же заседании Совета ТПП.
Несмотря на всю серьезность затрагиваемых тем, стоит оговориться, что есть проблемы, так сказать, более высокого уровня. Сегодня мы обсуждаем, что в стране некому работать, а завтра здесь будет просто некому жить. В ближайшие 10-15 лет население России продолжит уменьшаться, и на это есть пять причин, считает Павел Пряников:
- сокращение численности трудоспособного населения: доля нетрудоспособного населения будет увеличиваться, и к 2030 году она может дойти до 30%;
- дальнейшее старение населения, которое приведёт к увеличению социальных расходов;
- из-за снижения рождаемости и уровня здоровья населения резко сократится число призывников, уже в 2019-м 20% призывников оказались непригодными к службе в армии;
- число абсолютно здоровых детей снизилось с 49% до 12%;
- российское общество перешло в 2016 году порог в 15% бездетных семей, что, по данным ВОЗ, является критическим, и в настоящее время более 17% наших семей являются бесплодными.
Также можно выделить еще одну проблему – высокую смертность мужчин в трудоспособном возрасте. Это вызывает дисбаланс в половой структуре населения, снижает брачность и, как следствие, рождаемость.
Почему же меры по стимулированию рождаемости от Владимира Путина никак не учитываются и не играют особой роли в этом крутом пике падения демографии? Конечно, 400 тыс. на первого ребенка на дороге не валяются, но разве они перекрывают все базовые затраты, которые раньше брала на себя социальная система? Хорошо, когда третьим ребенком можно “перекрыть” часть ипотеки, но раньше квартиру молодой семье давали бесплатно, и это было еще лучше. Мало кто учитывает, что за последние 30 лет население стало больше платить за медицинские услуги, а доля оплаты таких счетов из личных средств увеличилась с 19% до 40%. В целом, как мы писали уже не раз, на здравоохранение должно выделяться, согласно расчётам ВОЗ, 6-7% ВВП. В 2016-2018 гг. в России этот показатель составлял всего 3,8%. И после колоссальной утраты народонаселения, сравнимой с военным временем, мы слышим, что на следующий год правительство урезало в реальном выражении расходы на медицину.
Сегодня правительство проявляет особую озабоченность приростом населения, как будто забывая, что нынешнее поколение выросло в либеральной полит-экономической системе, поддерживаемой властью так же яростно, как и в 90-ые годы. И именно этот конструкт привел нас к тому, что мы имеем, а не “демографическая яма” Великой Отечественной войны, из которой, кстати, СССР довольно быстро выбрался, став сверхдержавой, а вот нынешняя России оправится ли от ковидо-убыли так же хорошо? Пока в планах решать проблемы с низкой рождаемостью с помощью завоза мигрантов, и идея так себе. Продолжительность жизни, которая могла бы спасти ситуацию на время, пока идет восстановление рождаемости, тоже вызывает вопросы – сотни тысяч людей умирают сегодня, не получая медицинской помощи, и умирают не от ковида. Социально-культурная политика Советского Союза при всем своем менторстве все же успешно боролась с девиантным поведением. Сейчас же причинами избыточной смертности становятся такие вещи как опасное вождение, передозы, суициды, отравления алкоголем (часто суррогатным).
И тут выясняется, что в России есть прямо-таки огромный резерв по приросту населения и увеличению продолжительности жизни. “Огромный резерв после сокращения сотен тысяч смертей из-за дикости, архаики, нищеты и безнадеги, – пишет Павел Пряников. – В стране есть 6-8% бездетных пар, которые хотят детей, но не могут этого сделать из-за отсутствия должной медицины для этого (или денег на такое лечение) – и это сотни тысяч потенциальных детей. Наконец, зачем сгонять людей в человейники? По азиатским городам уже известно, что в человейниках число детей на женщину не поднимается выше 1-1,3”.
Демография – вершина айсберга, показатель здорового общества, а не самоцель, и вытянуть за уши ее не получится. Общество должно либо быть перестроено, либо может погибнуть, но без трансформации власти система останется неизменной, и бодро, как лемминги, мы будем шествовать к краю пропасти.
