С.Б. Бахитов, к.и.н., доцент, г. Сургут
Работа Владимира Ильича Ленина «Что делать? Наболевшие вопросы нашего движения» была написана в период с осени 1901 года по февраль 1902-го, когда левое социалистическое движение в России только зарождалось, и издана в Штутгарте. В Россию её доставляли нелегально.
С самого начала В. И. Ленин указывает на существование в российской социал-демократии двух течений: одни ориентированы практически исключительно на экономическую борьбу, другие – на подготовку революции. Сторонники «экономизма» исходили из тезиса Э. Бернштейна об отсутствии обнищания пролетариата и долговременного снижения нормы прибыли при капитализме. Проанализировав статистику по прибыли и заработной плате в Германии за период с начала 1870-х по конец 1890-х, Э. Бернштейн пришёл к выводу, что тезисы К. Маркса о понижении нормы прибыли и обнищании пролетариата не верны, соответственно, пролетариату необходимо бороться не за победу социализма, а за улучшение условий продажи рабочей силы и повышение зарплаты при капитализме.
Этот тезис и подхватили оте-
чественные сторонники экономической борьбы, очень похожие на современное руководство КПРФ, стремившиеся превратить социал-демократию из партии социальной революции в демократическую партию социальных реформ, что фактически вело к отрицанию теории классовой борьбы и диктатуры пролетариата, главных положений марксизма. Такая позиция привела в рабочем движении к появлению нового течения – оппортунизма, основанного на идее сотрудничества с буржуазией. Именно представители этого течения выступили сторонниками свободы внутрипартийной критики.
Надо сказать, что позиция Э. Бернштейна в чисто научном плане была далеко не безупречна. Во-первых, статистика была взята по Германии и некоторым другим наиболее развитым европейским странам. Если бы Э. Бернштейн обратил внимание на ситуацию в колониях или даже на Балканах, то картина вышла бы иная.
Во-вторых, статистика была взята преимущественно за последнюю четверть XIX века, когда западный капитализм действительно переживал период невиданного роста и расширения, как за счёт новой промышленной революции, так и за счёт включения в сферу своего влияния практически всего мира.
В-третьих, К. Маркс главной проблемой капитализма считал не просто обнищание пролетариата, а отчуждение пролетария, его превращение в частичного человека, полностью зависимого от специфических условий продажи своей узко специализированной рабочей силы.
В-четвёртых, само развитие капитализма неизбежно порождало и будет порождать глобальные кризисы и войны, быстро обесценивающие в немалой степени те достижения, которых добивался пролетариат в более мирные периоды. Конечно, мне могут возразить, что западная оппортунистическая социал-демократия добилась в ХХ веке серьезных успехов в деле повышения заработной платы рабочих, особенно в период с 1945 по 1978 гг.
Однако, надо отметить, это произошло уже после победы Октябрьской революции в России и во многом являлось ответом на эту победу. Ту же декларацию о переходе на 8-часовой рабочий день западные державы приняли в 1918-1919 гг. Со свёртыванием системы социализма данный период быстро закончился. Сначала на рубеже 1970-80-х годов на мировой рынок вышла со своей дешёвой рабочей силой КНР, что позволило западным компаниям шантажировать свои профсоюзы угрозой переноса производства в Китай (а позднее в Индию, во Вьетнам и т. д.). А с разрушением СССР, развитием международной банковской системы, с ростом автоматизации производства для крупных транснациональных компаний вообще наступило раздолье. И даже 8-часовой рабочий день в той же сфере услуг, например, стал уходить в прошлое.
Но вернемся к началу ХХ века. В России, по мнению В.И. Ленина, с самого начала стихийного рабочего движения и поворота передовой общественной мысли к марксизму происходило соединение весьма разнородных сил под общим флагом борьбы с самодержавием, вплоть до буржуазных по сути легальных марксистов включительно. В.И. Ленин отмечал при этом, что скрывающиеся под маской легального марксизма буржуазные демократы были самыми естественными и желательными союзниками социал-демократии в борьбе против самодержавия. Но необходимым условием такого союза, по его мнению, должно было быть раскрытие рабочему классу со стороны социал-демократии противоположности интересов буржуазии и пролетариата.
Разрыв был неизбежен. Однако в условиях самодержавия и цензуры он привел к тому, что легальные печатные органы стали недоступны для социал-демократов. Сравнивая ситуацию в Германии и России, В.И. Ленин отмечал, что в Германии революционные социал-демократы отстаивали против бернштейнианцев те позиции, которые были уже давно сформированы, а в России, наоборот, давно сформированы были позиции сторонников чисто экономической борьбы, а революционные социал-демократы (будущие большевики) должны были бороться за их изменение.
Здесь В.И. Ленин ссылается на К. Маркса, писавшего, что если и объединяться, то ради практических целей рабочего движения, но нельзя при этом торговать принципами. В условиях, когда социал-демократическая партия только складывалась, фракционные споры ради строгого различения оттенков были крайне важны, необходимо было давать постоянный бой оппортунизму. Роль передового борца могла выполнять только партия, руководствующаяся передовой теорией.
Привнесение социал-демократического сознания в рабочее движение, согласно В.И. Ленину, есть дело рук революционной интеллигенции, сами рабочие могли выработать лишь тред-юнионистское сознание, ориентированное на экономическую борьбу. Российская марксистская революционная интеллигенция с самого начала старалась пропагандировать не только экономическую, но и политическую борьбу. Как отмечал В. И. Ленин, в условиях жёсткой классовой борьбы идеология может быть или буржуазной, или социалистической. Всякое умаление социалистической идеологии, таким образом, играет на руку идеологии буржуазной.
Поэтому задача социал-демократии здесь состояла в борьбе со стихийностью рабочего движения, за его направление в политическое русло борьбы за социализм. Внедрение социал-демократии в рабочее движение началось с обличительных листков. Но это была ещё не социал-демократическая, а чисто тред-юнионистская борьба. Социал-демократическая борьба возникает тогда, когда речь идет не только об отношении пролетариата к определённой группе предпринимателей, но об отношении ко всей буржуазии, более того, ко всем классам общества, к государству, как к организованной политической силе.
Социал-демократическая борьба требует политического воспитания пролетариата. Необходимо всестороннее обличение гнёта самодержавия во всех сферах: в профессиональной, общегражданской, личной, семейной, религиозной, научной и т. д. Необходимо подвергать критике и анализу любые проявления самодержавного гнёта. Это замечание В. И. Ленина особенно актуально в наши дни, когда идут антинародные реформы в сферах образования и здравоохранения, развязывается компания антинаучной ковидистерии и принудительной вакцинации, сворачиваются буржуазно-демократические свободы, устанавливается тотальный электронный контроль над личностью.
При этом, как отмечает В.И. Ленин, то же преклонение перед стихийностью у сторонников чисто экономической борьбы чем-то похоже на позицию террористов, в роли которых в начале ХХ века выступали эсеры. Террористы пытались посеять в обществе стихийное возмущение властью путём террора. Замена агитации террором, по мнению В.И. Ленина, есть признание собственной слабости со стороны радикальных революционеров. Именно для преодоления этой слабости и нужна партия профессиональных пропагандистов и агитаторов.
Классовое политическое сознание может быть привнесено рабочему классу только извне, извне его экономической борьбы, его отношений с хозяевами. Но чтобы привнести рабочим политическое сознание, социал-демократы должны идти во все классы общества, страдающие от гнёта самодержавия и капиталистов. Идеалом социал-демократов должен быть народный трибун, умеющий откликаться на все проявления произвола и гнёта, где бы они ни наблюдались. Для решения подобных задач, как отмечал В.И. Ленин, нужна была организация профессиональных революционеров, которая взяла бы на себя общую координацию борьбы пролетариата, в том числе и в области борьбы экономической, чтобы любая стихийно возникшая или подготовленная стачка становилась известной по всей стране.
Подводя некоторые итоги, следует отметить, что требование жёсткой партийной дисциплины со стороны В.И. Ленина касалось в первую очередь борьбы с экономическим оппортунизмом, сводившим всю борьбу рабочего класса к экономической борьбе со своими хозяевами за улучшение условий продажи своей рабочей силы. Это совсем не означало невозможности дискуссий по другим вопросам, тем более, что сам Владимир Ильич неоднократно подчеркивал, что марксистские пропагандисты и агитаторы должны откликаться на любые проявления произвола и гнёта со стороны властей и капиталистов.
Это особенно актуально для современной ситуации, когда благодаря развитию интернет-технологий обычный гражданин часто может быть осведомлён о политических процессах не хуже профессиональных политиков. Сейчас проблема не столько в нахождении информации, сколько в её осмыслении и подаче, в формировании у граждан диалектического мышления. А последнее невозможно без дискуссий. Но коммунисты должны обозначить некие красные линии дискуссии.
Помимо неприятия ползучего экономического оппортунизма, на наш взгляд, к обязательным для марксиста условиям следует добавить неприятие любых форм нацизма, включая русский нацизм, а также неприятие сотрудничества с мировым или отечественным олигархатом в деле построения систем глобального контроля за населением, будь то повсеместное распространение видеокамер наблюдения, qr-кодов, паспортов обязательной вакцинации или электронных рейтингов, определяющих объём прав граждан.
Коммунист должен постоянно разоблачать планы олигархата, будь то олигархат западный, китайский или отечественный, по организации эпидемий, эпидемиологических истерий, войн, дефицита продовольствия и т. п. Необходима решительная борьба против любых попыток реабилитации нацизма, включая и бандернацизм, или построения глобального электронного концлагеря.
